– Мне нравятся вечеринки, – сказал Рэд.

– А мне нравится то развлечение, которое мы задумали. Все свое получат.

Адам и Рэд понимающе усмехнулись друг другу. Потом все разошлись в разные стороны. Адам направился прямиком в каюту Спока.

– Войдите, – сказал Спок рассеянно.

Он сидел за компьютером, изучая выдаваемые изображения и кратко что-то записывая. Адам робко приблизился к нему.

– Я вам мешаю? – спросил он. Спок покачал головой.

– Меня интересовало, что… – Он замолчал, заметив лютню, висевшую на стене позади Спока. – У, брат! Да ты играешь?! Спок кивнул.

– Она с Вулкана? Можно, я попробую?

Спок снял лютню и передал ее Адаму; тот извлек несколько созвучий.

– Ну, теперь-то… Теперь понятно. Я въезжаю, брат, правда. Давай.

Он вернул лютню Споку, который с удовольствием сыграл несколько рулад.

– Класс. Давай устроим сэйшн, ты и мы все. Будет саунд что надо. Я вот за чем пришел. Я, знаешь, хотел спросить; наш достойный капитан у себя наверху не совсем въезжает, но, может, он разрешит нам сэйшн? Понимаешь, мы хотим что-нибудь сделать с вами вместе, как вы нас просили, вот я и спрашиваю.

– Если я вас правильно понял, – сказал Спок, – полагаю, ответ вполне может быть утвердительным.

– Я это словечко разнесу.

Зал отдыха был битком набит. Свет приглушили, и группа с "Авроры" приковала к себе внимание всех зрителей. Они пели. Те члены экипажа, кто не мог присутствовать, слушали музыку по внутренней связи. Слова были такие:

Я говорю о тебе.

Я говорю обо мне.

Давным-давно, когда Галактика была юной,

Человек понял, что ему надо делать.

Понял, что ему надо есть и пить,

И лишь много позже он понял, что надо

Еще и думать.

Речитатив:

Я стою здесь и удивляюсь.