- Он сказал... - Скотт облизнул губы, пытаясь вспомнить. - А-а, он сказал, что надо проверить мои эндокринные, щитовидную, половые железы и гипофиз, исследовать процессы обмена веществ, возьмут и другие анализы.

Лу сжала губы.

- Если Брэнсон все это знает, то зачем же надо было говорить о том, что ты уменьшаешься. Так не лечат. Это глупость какая-то.

- Милая, ведь я сам попросил его, - ответил Скотт. - Я убедился в этом только когда начали брать анализы. Я просил Брэнсона ничего не скрывать от меня. Что же ему оставалось...

- Хорошо, - перебила она. - Но что за странный диагноз?

- Да ведь так оно и есть, Лу, - печально произнес он. - Есть доказательство. Эти рентгеновские снимки.

- Брэнсон мог ошибиться, Скотт, - сказала Лу. - Он же живой человек.

Скотт долго молчал, наконец тихо произнес:

- Посмотри на меня.

Когда все это началось, его рост был за метр восемьдесят. А сейчас он мог, не наклоняясь, смотреть жене прямо в глаза. Она была ростом метр семьдесят.

В отчаянии он уронил вилку на тарелку.

- Как нам быть? Разве мы можем себе это позволить? Лечение слишком дорого, слишком, Лу. По крайней мере месяц придется провести в больнице. Так сказал Брэнсон. А это целый месяц без работы. Марти и так уже нервничает. Как я могу вообще рассчитывать на какие-то деньги от него, когда я даже не...

- Милый, главное - твое здоровье, - запальчиво произнесла Лу. - Марти об этом знает. Да и ты тоже.

Скотт опустил голову и стиснул зубы. Счета были теми тяжелыми цепями, которые отягощали все его существование. Он явственно чувствовал, как они с каждым днем все более сковывают его.

- Так что же мы будем... - начал было он, но умолк, заметив, что дочь пристально смотрит на него, забыв про свой ужин.

- Ешь! - сказала ей Лу. Бет вздрогнула и копнула политую соусом картошку.

- Чем мы будем расплачиваться? - спросил Скотт. - Ведь у нас нет медицинской страховки. Я и так уже задолжал Марти пятьсот долларов из-за этих исследований. - Он тяжело вздохнул. - Да и со ссудой военного ведомства может ничего не выгореть.