Призрачное, вытянутое лицо смотрело на нее из видавшего виды стеклышка. Ее прямой нос распух. На твердой линии подбородка вздулась шишка. Мальчики считали ее красивой. Они восхищались ее телом, перешептываясь тайно о ее упругих грудях, округлых бедрах и особой походке. Любой из них многое бы отдал, чтобы провести с ней ночь — таковы мужчины, — но никто не хотел брать ее в жены. Они говорили: «Слишком дикая. Слишком странная. Это не жена для воина!»

Обмывшись, она вышла наружу с помятой металлической миской и выплеснула окровавленную воду на улицу. Взяв нож, она отрезала несколько кусков мяса от туши, висевшей в темной части дома, и занялась его приготовлением, чувствуя на себе глаза, следившие за каждым движением.

Она слышала, как они бормотали о том, как Рамон отрекся от нее и как Рыжий, Великий Трофеями прислала ее обратно. Сердце ее ожесточилось. Лучше бы звездная женщина послала ее побираться на улицах, чем присылать обратно сюда, еще больше опозорив Рамона. В воздухе витала ненависть.

Сюзан наблюдала за пламенем, лизавшим мясо и нарезала травы, собранные ею днем раньше за поселением, когда она присматривала за скотом. Убедившись, что мясо тушится, она раскатала шкуру и, с трудом сгибая спину, начала скрести неподатливые волокна.

Я НЕ МОГУ ОСТАТЬСЯ. РАМОН МЕНЯ КОГДА-НИБУДЬ УБЬЕТ — ЛИБО ОН, ЛИБО ВОРОН. ЗДЕСЬ ЖИЗНИ НЕТ. Я РАБЫНЯ. Шептание за ее спиной продолжалось.

Но куда? Где она могла найти приют? Что ей оставалось? Она никому не нужна. Слишком многим нравился Рамон Луис Андохар. В свои молодые годы он был прекрасным воином. По представлениям народа, она была неудачницей. Ее приняли, накормили, одели, обогрели и приютили. А теперь она опозорила свой клан и дом.

Подвинув куски мяса к огню, чтобы они не остыли, она задумалась. Всегда можно уйти в горы. Весна уже наступила. Дынные кусты дадут достаточно пищи, чтобы ей не умереть… если ее только не найдет медведь. Она вздрогнула от этой мысли. Огромные двухвостые твари с присосками для захвата добычи.