Олми положил руку на поручень, шедший вдоль прозрачных стен кабинета, и спокойно смотрел на Кеслера. Его ирония была слишком очевидна.
- Я что-то слышал об этом, так, слухи всякие. Управление по обеспечению…
У Кеслера начался приступ, его лицо исказилось от боли, но медицинский аппарат ее тут же приглушил. Министр продолжил:
- К черту управление по обеспечению. К черту всю эту грызню. - Он выдавил кривую улыбку. - В прошлый раз, на Ламаркии, проблема была из-за отступника-надерита.
Олми кивнул.
- На этот раз - из-за гешеля. Хуже того, из-за члена Гильдии открывателей. Вот уж не думал, что управлять этим чертовым кораблем будет настолько сложно. Теперь я почти понимаю, почему ты тоскуешь по Ламаркии.
- Там не легче было.
- Да, но народу меньше. - Йанош развернул аппарат и пересек комнату. - Мы, собственно, не знаем, что именно произошло. Непосредственная геометрия вокруг врат нарушилась. Противоречия между физикой Пути и Вселенной, открытой Енох, были слишком велики. Врата превратились в брешь, которую невозможно заткнуть. К тому времени как это случилось, большинство ученых из команды Енох отступили на главную станцию, там была защитная пирамида - Енох назвала ее «Редут».
- Она открыла хаос? - спросил, Олми.
С Пути открывался доступ во множество вселенных. Некоторые были пусты, мертвы и относительно безвредны; другие - смертельно опасны, полны булькающей, пузырящейся массы нестабильных констант, ограничивающих реальность вокруг наблюдателя или исследовательского автомата. В такие вселенные врата с Пути открывались лишь дважды, и хорошо в этих случаях было лишь то, что они немедленно захлопывались и открыть их снова было невозможно.