Пласс не смотрела на изображение. Олми внимательно следил за ней. На мгновение ему показалось, будто вокруг женщины закружилась полупрозрачная тень. Никто больше не увидел или не подал виду, что заметил что-то такое, но Пласс сжала губы и стала пристально глядеть на Олми.

- Я рад, что вы оба согласились сюда прийти, - сказал Рай Орнис, когда запись закончилась.

Пласс взглянула на него и снова перевела взгляд на Олми, внимательно изучая его лицо.

- Я не могу здесь оставаться. Поэтому и возвращаюсь. На «Пушинке» я чужая.

- Сер Пласс посещают привидения, - сказал Флинч. - Сер Олми знает про некоторых из ваших гостей.

- Мой муж, - ответила, сглотнув, Пласс. - Пока что - только мой муж. Больше никого.

- Он там, в «Редуте»? - спросил Олми.

- Не много вам сообщили полезного, да? - сказала она едко. - Будто хотят, чтобы у нас ничего не получилось.

- Он погиб?

- В «Редуте» его нет, не знаю, назвали ли бы вы это смертью. Можно мне рассказать, что это значит и что мы на самом деле сотворили?

Рай Орнис развел руками.

- Пожалуйста.

- Мне по наследству достались записи, относящиеся ко временам еще до запуска «Пушинки». Мои предки имели доступ в духовный мир. Все они видели призраков. Старых призраков, не тех, что теперь используются вместо слуг. Кое-кто писал об этом в своих дневниках. - Она коснулась нижней губы. - Полагаю, одним из этих призраков был мой муж. Я поняла. В моей мировой линии еще до моего рождения все видели одного и того же призрака - моего мужа. А теперь и я его вижу.

- Трудно представить себе призрака такого рода, - промолвил Олми.

Пласс подняла взгляд к потолку и положила руку на Библию.

- К чему бы мы ни подключились - будь то мир чистого порядка или еще что-нибудь, - оно просачивается в Путь и в «Пушинку». Словно гусеница, лезет вверх по нашим жизням, хватает события и… ползет обратно, может быть, даже вперед во времени. Нас заставляют молчать. Я молчу… но муж, когда возвращается, рассказывает мне кое-что. А другие, слышат ли они… сообщения? Послания из «Редута»?