– Революция, - запротестовал Рестерн, - вооруженные бойцы, кровь на улицах, разруха. И без всякой уверенности, что мы победим. Ты должен понимать, что произойдет в таком случае.

«Он понимает, - подумал Леон, глядя на лицо Мулво. - Ведь это его дедушка по отцовской линии пытался осуществить мятеж. В живых удалось остаться только его матери, да и то потому, что во время мятежа она оказалась за пределами планеты. Лишь через двадцать лет, ценой расставания с половиной принадлежавших ей акций, ей удалось добиться от нового Властителя Игрушки позволения на возвращение».

Мулво прочистил горло.

– Извини, - поторопился добавить Рестерн, - если мои слова прозвучали для тебя обидно.

– Я принимаю твои извинения, - мрачно ответил Мулво. - Нельзя ли поставить мое предложение на голосование?

Результатом голосования явилось отклонение его предложения, и теперь он сидел, сверля глазами столешницу, - вулкан, готовый в любую минуту взорваться.

– Можно мне сделать предложение? - Тревожную тишину разорвал еще один человек. - Незаметное, но непосредственное воздействие на Властителя Игрушки. Используя внушение и наркотики, завладеть его волей. У меня есть одна рабыня, - пояснил он. - Девушка, юная и красивая, которая может стать идеальным оружием. Подготовленная нашими техниками, она…

– …провалится, как только ее психику подвергнут мыслезондажу, - перебил его Рестерн. - И это случится еще до того, как он вообще увидит ее. Неплохое предложение, Эмиш, - тихо сказал он. - Однако оно основано на недостаточной информации. - Он еще раз оглядел присутствующих. - Есть другие?

– Прямой вызов, - выложил свой план Леон, растягивая слова, ему очень хотелось, чтобы это предложение исходило от кого-нибудь другого. - Рано или поздно это все равно случится, - оправдываясь, произнес он.