Гвардия помнит, кто ее спас. И помнит, по чьей милости их едва не перебили проклятые фетсы. Один Алый - это по меньшей мере три Черных пехотинца. Сейчас выходит немного больше, чем три. Так что, может быть, не такой уж сокрушительный перевес у противника. Всего-то вдвое. А ведь есть еще Фаргал. Пришедший из соседнего Эгерина герой Карнагрии, Фаргал, не проигравший ни одной битвы. А сколько сражений отдал Царь царей Йорганкеш... Пальцев не хватит сосчитать.

Императорское войско наполовину всосалось в зеленую трещину.

- Вот бы их сейчас камушками... - мечтательно произнес тысяцкий.

- Гронир! - Фаргал усмехнулся. - Это же мои будущие подданные!

- Ах да... Я запамятовал! Прости... Император!

Алый согнулся в поклоне, но не удержался, захихикал. Столько выпито, пройдено, прожито бок о бок, что они до смерти в одной упряжке. Свои. А Фаргал - не какой-нибудь двуязычный Йорганкеш. Тоже свой, хоть и не Алый, и даже не карнит. Не Алый, но... лучше!

- Лишь бы сокты не сплоховали, - пробормотал Гронир. - Все же земля здесь, не палуба...

- Так, тысяцкий! - Голос Фаргала стал жестким, как плеть из буйволиной кожи. - Вот это - уже не твоя забота. Двигай к своим, и готовьтесь. Я дам знак.

- Понял. Что еще, Император? - уже без тени иронии.

- Ничего. Все проговорено.

Гронир выпрямился и грохнул латной рукавицей по алой кирасе. Уверенность Фаргала передалась ему и через него перейдет к остальным тысячникам гвардии. И дальше.

Фаргал посмотрел, как неуклюже спускается с утеса алая однорукая фигурка, и подумал, что сам соскользнул бы вниз с легкостью ящерицы. Но он останется здесь, наверху, на каменном пальце, угрожающе воздетом над желтым столом плоскогорья. Отсюда видны и узкое горло теснины, и ее оконечность, обрамленная полосой темно-зеленой травы. И отсюда сам Фаргал виден каждому в его немногочисленном войске.