И вправду, появились слуги и приняли наших коней. Мы же вступили на помост, и он плавно полез вверх. Мне представилась хорошая возможность посмотреть с высоты на этот город, но даже сверху я не понял схему этого лабиринта.

— На самом деле все просто, — заметил Рантцерг, — побывав здесь с десяток раз, вы запомните все ходы.

Я с сомнением покачал головой.

— Лабиринт — маленькое достояние — тайна жителей Черного Города, созданное их же руками, чтобы обеспечить свою безопасность.

— От властей? Но не от огня! Как же пожары?

— Это беда всех городов. В Синем квартале, тоже очень плотно застроенном, также могут гореть дома, не говоря о Сером Городе.

— Квартал, в котором живет знать, наверное, безопасен.

— Как сказать, у Белого Города тоже есть множество уязвимых мест.

Подъемник остановился у тяжелой окованной двери, на металле имелась чеканка с изображением дракона. Дверь отворилась странным образом — она отъехала в сторону. И мы вошли. В роскошное помещение. Что-то вроде проходной комнаты, но великолепно отделанной белым и черным мрамором. Она была небольших размеров, в ней ничего не находилось, кроме дверей в другие комнаты и великолепной лестницы, устланной ковром, убранной цветами и украшенной небольшими статуями.

— Нам направо, — пригласил меня Рантцерг, и мы вошли в одну из дверей.

Это была столовая, по роскоши она могла соперничать с королевским дворцом.

Пол выложен великолепной мозаикой из ценных пород дерева. Светильник из мидделийского стекла с множеством подвесок свисает с куполообразного потолка и восемь бронзовых канделябров украшают зал по всему периметру.

Стены задрапированы прекрасными гобеленами со сценами охоты и войны. Посреди этой чудесной комнаты расположился круглый дубовый стол с хрустящей скатертью и вазами с цветами.

Незримые слуги стали вносить блюда: одно за другим. Свечи струили свой теплый колеблющийся свет. В сторонке присели четыре музыканта и заиграли на флейтах и лютнях.