Кошмар. А ведь этот аристократ духа как-то людьми руководит. Типичный двоечник в кабинете директора.

— Василий Федорович, а почему вы так уверены, что это место устроит меня? — Акцент я сделала на последнем слове.

Посетитель отлепил руки от груди и всплеснул ими, возмущаясь довольно искренне:

— Ну вы даете, милочка! Ваши коллеги за это место копья ломают, я вам, так сказать, все устроил, а вы кобенитесь!

Положительно, Василию Федоровичу нельзя волноваться. Такой сумбурной речи я от него еще не слышала. Винегрет из «копья ломают» и «кобенитесь» — это нечто. Впрочем, роль смущенного посетителя не его амплуа.

— Мария Павловна, для того чтобы продолжить наш разговор, я, так сказать, сразу назову вам сумму.

И он «так сказал» сумму, что «наш разговор» стал приятен, невзирая на лексику.

Я откинула шкрабские

Невероятный, фантастический оклад объяснялся просто. Спасая себя от сплетен, хитрый Василий Федорович намекнул другу Буратино, что прославленная гувернантка отказалась от места по причине недостойной оплаты. Дмитрий Максимович, эдакий барин, небрежно увеличил оплату вдвое, и результат превзошел все мыслимые пределы. — Теперь, Мария Павловна, вам и отказаться-то, так сказать… — Василий Федорович развел руками.

Я сидела в потертом кожаном кресле и чувствовала на своих плечах долларовый ДОЖДЬ.

Вчера вечером Симочка познакомила меня с Андреем. Милый провинциальный мальчик, с открытым, так сказать (тьфу, теперь привяжется! Я всегда легко перенимаю акценты, диалекты и чужую манеру речи), не столичным взглядом и повадками дрессированного тюленя. Сто килограммов добродушия и мягкого юмора. В первопрестольной таких уже истребили, урбанизированный климат — не их среда обитания.