Воротник пальто изнутри украшала этикетка "Махmara", "Biron" - очень дорогой бутик на втором этаже Гостиного двора.., в воздухе отчетливо запахло приличным гонораром.

Василиса, однако, поморщилась, почувствовав совсем другой аромат.

- Тимофей Олегович, разве можно смешивать "Флагман" с портвейном? Даже если это... - она принюхалась, забавно поведя веснушчатым носиком, - даже если это "Солнечная долина" восемьдесят девятого года!

С этими словами верная секретарша протянула Тимофею таблетку аспирина и стакан воды. Великий детектив проглотил таблетку и благодарно кивнул. Василиса подала ему подушечку жевательной резинки с отбивающими всякий запах голубыми кристаллами и подтолкнула:

- Идите, она уже нервничает. Кстати, она брюнетка, хотя и нацепила светлый парик.

Тимофей вошел в свой кабинет решительным шагом хозяина жизни, победителя и триумфатора, нацепив на лицо самую обаятельную из своих улыбок. Улыбка едва не треснула на измученном похмельем лице.

Этот кабинет был оформлен с глубоким проникновением в психологию клиентов и был призван произвести на них неизгладимое впечатление.

По стенам развешаны фотографии Тимофея в самых удивительных и героических обстоятельствах. Вот он с револьвером в руке задерживает чрезвычайно опасного преступника. Вот - в потрепанном костюме цвета хаки вытаскивает буксующий джип из глубокой грязи - наверняка на одном сложнейших из этапов ралли "Париж - Дакар". Вот он сфотографирован рядом с командой американских астронавтов.., а вот - рядом с человеком, которого знает в лицо все прогрессивное человечество...

Все эти потрясающие фотографии при помощи нехитрого оборудования сделал для Тимофея его старый приятель Веня Бутузов, фотограф из журнала "Будни милиции".

В глубоком кожаном кресле, купленном по дешевке при распродаже имущества разорившейся турфирмы, восседала ослепительно ухоженная дама совершенно неопределимого возраста. Дама была облачена в шерстяное платье цвета кофе по-венски, изумительная мешковатость которого говорила о том, что его кроил знаменитый итальянский дизайнер, и в леопардовые сапоги на высоком каблуке. Чудесные платиновые волосы посетительницы не допускали и мысли о том, что это парик, но в таких вопросах Тимофей стопроцентно полагался на мнение Василисы.