- Ну все, достаточно. Между прочим, маршала я тоже неплохо знаю. Он человек честный, достойный, пусть в чем-то и ограниченный. А к себе ты абсолютно несправедлива. Впрочем, уже поздно, тебе пора отдыхать. Поговорим об этом завтра. И не бойся заснуть: кошмары не будут тебя сегодня мучить.

Укладываясь спать, Пакс полагала, что утра ей будет не пережить, но, проснувшись, она почувствовала себя куда спокойнее, чем во все последние дни, и поняла, что даже ждет расспросов киакдана. Однако во время завтрака он ничего не сказал, а потом предложил ей прогуляться по роще: все как обычно. Примерно час они гуляли в молчании. Пакс, как всегда, на каждом шагу обнаруживала для себя что-нибудь новое. Прежде ей не доводилось жить в лесах, и ей даже в голову не приходило, какая полная, разнообразная жизнь идет в этом мире. Наконец колдун обернулся к ней и сказал:

- Садись. Давай поговорим.

Пакс села, прислонившись спиной к какому-то дереву, он же расположился напротив нее на земле.

- Паксенаррион, по-моему, ты набралась сил с тех пор, как пришла ко мне. Заметила ты это?

- Да, конечно. - Пакс даже покраснела. - Мне кажется, я слишком много ем.

- Вовсе нет. Ты была настолько исхудавшей, что даже сейчас тебе еще нужно набрать вес. Но согласись, в тот день, когда ты пришла ко мне, ты бы не выдержала вчерашнего разговора.

- Но ведь это относится к душе, к разуму. Колдун презрительно фыркнул:

- Паксенаррион, твое тело связано с твоей душой гораздо крепче, чем улитка привязана к своему домику. Если ты расколешь раковину, выживет ли без нее улитка?

- Нет, но...

- Великое Дерево! Нашла повод спорить со мной. - Киакдан рассмеялся, а затем снова стал серьезным. - В тот день, когда я увидел тебя, ты мне не сказала, каким образом ты собиралась расстаться с жизнью.