- Вы её тоже победили? - испуганно спросил Андрей.

- Нет. Мне пришлось оставить эту неблагодарную девушку на поляне, рядом с её раненым защитником, который оказался её родным братом.

Я продолжил путь и всю дорогу размышлял о том, как неблагодарны люди, как порой тяжело бывает творить добрые дела и во всем следовать справедливости.

Скорбные мои мысли были прерваны жалобным окликом. На лесной дороге в униженных позах стояли два нищих монаха с изможденными лицами. Один был очень высокий и худой, с темными кругами под глазами. Другой - маленький, с неопрятной рыжеватой бородой. Они попросили меня подать им что-нибудь поесть, и когда я полез в мешок с провизией, монахи подло воспользовались этим и стянули меня с коня. Эти неблагодарные служители Господа долго пинали меня ногами, били палками по шлему, а потом отобрали деньги, оружие, сели на моего скакуна и были таковы. До самого вечера я лежал на земле, проливал горькие слезы и думал о человеческой неблагодарности и жестокости.

До соседнего государства я стойко добирался несколько дней и ночей на попутных телегах, но чаще - пешком. По дороге я совершил ещё несколько блестящих подвигов, но о них - в следующий раз.

- Да уж, пожалуйста оставьте что-нибудь и для следующего раза, закурив новую папиросу, язвительно сказала романистка, а Андрей подумал: "Интересно, все рыцари такие хвастуны?"

- Флоринда, ну дайте же ему дорассказать, - вступилась за рыцаря Фея.

- Ничего, ничего, - трагическим голосом сказал Рыцарь. - Я не только справедливый, но ещё и необидчивый. Итак, я продолжу.

Много лишений пришлось испытать мне в пути, но я мужественно перенес все невзгоды.

Старый друг моего отца - король соседнего государства - принял меня со всеми положенными мне почестями и предложил остаться погостить в его королевстве. Я с благодарностью принял это предложение. А уже через месяц по всему королевству обо мне распостранилась слава защитника обиженных.