Он всего мог ожидать, но то, чтобы его, заслуженного контрразведчика абвера, каким он по праву считал себя, назначили сторожем вонючего бензина, не укладывалось в его сознании. Он шел по коридору, не замечая приветствий младших чинов. Зашел в отдел, нашел нужного человека и молча выслушал его инструкции по объекту, где он должен был навести порядок. И чем дальше он слушал, тем больше жгучая обида заполняла душу, готовая вылиться в открытый протест — отказ от задания. И только упоминание шефа о личном приказе фюрера заставило взять себя в руки. Покинув отдел, Шульц направился в ресторан. Впервые за долгие годы работы он позволил себе расслабиться и на какое-то время забыться.

II

Отто Егер без особого труда отыскал адрес семьи Гофман. Это был небольшой чистенький двухэтажный особняк на утопающем в зелени участке земли. Все здесь дышало миром и сладостным покоем. На звонок открыла хозяйка. На вид ей было лет пятьдесят. Небольшого роста, полная, рыжеволосая, со следами веснушек и былой красоты.

— Мне нужна фрау Гофман. Она здесь проживает?

— Я вас слушаю, — сказала фрау, с тревогой присматриваясь к незнакомцу. — Что вам угодно?

— У меня есть для вас кое-какие новости. Если позволите…

— Я вас слушаю.

— Они касаются вашего мужа…

Фрау Гофман не дала договорить Егеру:

— Только одно слово — он жив?

— Да.

Она в радостном порыве схватила Егера за руку и, забыв об этикете, чуть ли не силком потащила его в дом.

— Ганс жив! Какая радость, Ганс жив! — повторяла фрау Гофман, по-прежнему не отпуская руки Егера.

Они вошли в дом. Егер очутился в чисто убранной, скромно обставленной комнате.

— Садитесь, пожалуйста. Я вас слушаю… господин…

— Извините, я не представился — Отто Егер. Прибыл сюда по случаю ранения, на отдых.

— Ничего, ничего. Меня зовут Эльза. Я слушаю вас, пожалуйста, — сгорая от нетерпения, произнесла хозяйка дома.