Его коричневые глаза смягчились.
– Да, – сказал он, – Конечно. Я верю тебе.
В его голосе был оттенок осторожности, но это был рефлекс, результат жизни, полной опасности и неопределенности, которая научила его не верить ничему без убедительных доказательств.
Лейя неловко обняла его с кресла второго пилота. Его руки также обняли ее. Она почувствовала щетину на его щеках, запах его тела, его волос…
– Да, Хэн, – сказала она, – Наш сын жив. И мы тоже живы. Разве это не повод для радости? С этого момента все изменится…
Идиллия длилась до тех пор, пока Хэн и Лейя, держась за руки, не спустились в трюм «Сокола». Лейя почувствовала, что Хэн напрягся, увидев их пассажира – имперского офицера – женщину в безукоризненной серой форме.
Лейя знала, что Хэн надеялся побыть в этой миссии наедине с ней. Многие месяцы с момента начала войны с йуужань-вонгами они или были разделены, или встречались в исключительно тяжелых ситуациях. Хотя и эта их миссия была не менее тяжелой, чем прочие, они очень ценили те немногие часы спокойствия, проведенные в гиперпространстве.
На этот раз они даже не взяли с собой ногри-телохранителей. Они не хотели брать вообще никаких пассажиров, не говоря уже об имперских офицерах. До сих пор Хэн старался быть вежливым с ней.
Женщина-коммандер вежливо встала, приветствуя хозяев.
– Переход в гиперпространство был исключительно гладким, капитан Соло, – сказала она, – Для корабля такой… такой конструкции это говорит о высоком мастерстве капитана.
– Спасибо, – процедил Хэн.
– Миомарские щиты превосходны, не правда ли? – продолжала она, – Наша лучшая конструкция.
Лейя подумала, что главной проблемой коммандера Ваны Дориа была ее излишняя наблюдательность. Это была женщина около тридцати лет, дочь знаменитого командира звездного разрушителя, с короткими черными волосами, аккуратно уложенными под фуражку, и мягким приятным лицом профессионального дипломата. Она находилась на Корусканте во время захвата его йуужань-вонгами. Как она сама утверждала, на Корусканте она была по коммерческим делам – с целью приобретения систем управления дроидами для имперских гидропонических ферм. Дело осложнялось тем, что эти системы могли быть использованы для военных целей.