— В зависимости от решения премьера Гхоша, — отрезал он. — Выполняйте!

— Слушаюсь, — поскучневшим голосом ответил Сонкх.

До начала своей политической карьеры Ваджар Гхош был физиком-ядерщиком. Поэтому последствия теракта на атомной электростанции он представлял себе куда лучше, чем губернатор Кашмира. «Хуже, собственно, может быть только атомная война, — меланхолично подумал Гхош. — Ядерный пинг-понг с Пакистаном, мой давний кошмар… Но и взрыва АЭС под десятимиллионным Раджабадом мне тоже вполне хватит».

Из всех новостей, которые он получил за сегодняшний день, только одна могла считаться условно хорошей. С момента захвата двух энергоблоков станции «Бахан» прошло уже полтора часа, а террористы по-прежнему ничего не взорвали. Кажется, они действительно были настроены на переговоры.

«Если бы они собирались просто взорвать бомбу, то потребовали бы, чтобы я прилетел лично, — в сотый раз повторил про себя Гхош. — А они согласны на полномочного представителя… значит, оставляют нам шанс. В конце концов, зачем им лишние жертвы? К тому же среди жителей Раджабада есть и мусульмане… хотя, конечно, их там куда меньше, чем в северных штатах».

— Кому пришло в голову строить атомную электростанцию рядом с огромным городом? — спросил он. — И, если уж на то пошло, почему ее так плохо охраняли?

Сидевший по другую сторону большого орехового стола худощавый блондин в твидовом пиджаке и вылинявших джинсах выразительно поднял бесцветные брови.

— Решение о строительстве АЭС «Бахан» принимали еще при вашем предшественнике, господине Сингхе. Я могу поднять материалы, но это займет некоторое время.

— Спасибо, Рамсей, обойдемся пока без них. Вопрос был скорее риторический.

Блондин коротко кивнул.

— Что касается проникновения на объект, то мои люди подозревают, что имел место сговор с кем-то из охраны. К тому же террористы, вероятно, пользовались качественно подделанными документами.