И однако же, все эти люди, составляющие четко тикающий механизм "Осматика" ждали решений часовщика, усталость и недовольство которого, естественно, в расчет не принимались.

Он вспомнил о своем решении проверить, чем занимается дочь, только вечером, когда таксофлайер уже приземлялся на площадке перед домом. Возвращаться не хотелось. Хотелось углубиться в созерцание простых животных инстинктов.

В этот вечер он выпустил Пушистика погулять в пределах зверинца. Зверек важно шествовал между клетками, изредка забавно приподнимался на задние лапки и трогал маленькими пальчиками толстый прозрачный пластик. Иногда он что-то чирикал, словно пытаясь разговаривать с обитателями этого мирка. Он был умилительно-серьезным, а повадками напоминал и котенка, и маленькую обезьянку сразу. Устав от прогулки, он устроился у Карла на коленях, тихонько щебеча на своем языке что-то ласковое.

Когда Бутов вернулся, Магда уже спала. Или делала вид, что спит.

Проснувшись, Карл сразу же представил себе идиллически-тошнотворную картину домашнего завтрака с заботливой женой и предпочел уехать немедленно, даже не дожидаясь таксофлайера. Впрочем, в вагоне монорельса оказалось невозможно душно, солнце билось в голове раскаленным молотом. Спасаясь от невыносимой жары, Карл зашел в крошечное почти пустое кафе, заказал олайевого сока пополам с энергоколой, устроился в углу. Напротив него хихикала группа мелких служащих возраста Люсинды. Судя по масляным взглядам, на видеопанели перед ними демонстрировались отнюдь не биржевые сводки и не последние новости внешней торговли. Бутов сердито уткнулся в стакан, но тут же уловил знакомое название в разговоре клерков.

– "Изетрон" вчера выкладывал подборку со змеями, видел?