Уэск встал.

— Странно, что никто его не прикончил.

— Я бы не стал пробовать, — заметил Кулпеннер, — вид у него довольно внушительный.

Он задумчиво нахмурился, встал, подошел к двери, через которую вышел их командир, и открыл ее. В коридоре стоял Генри Белт.

— Да, сэр, — учтиво обратился Кулпеннер, — я забыл спросить, когда вы хотите собрать нас снова?

Генри Белт вновь взобрался на кафедру.

— Сейчас вполне подходящий момент. — Он занял свое место и раскрыл красную тетрадь. — Вы, мистер фон Глюк, сделали замечание “Боже мой” оскорбительным тоном. Один минус. Вы, мистер Уэск, употребили по отношению ко мне выражения “Сумасшедший тиран” и “мегаломания”. Три минуса. Мистер Макграт, вы сказали, что свобода слова является официальной доктриной нашей страны. У нас сейчас нет времени обсуждать эту теорию, но полагаю, в настоящем контексте подобное высказывание несет в себе нарушение субординации — один минус. Мистер Кулпеннер, ваше невозмутимое самодовольство меня раздражает. Я бы предпочел, чтобы вы проявляли меньше спокойствия и уверенности.

— Сожалею, сэр.

— Однако вы воспользовались случаем и напомнили вашим коллегам о моем правиле, поэтому я не буду ставить вам минус.

— Благодарю, сэр.

Генри Белт откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.

— Слушайте хорошенько, повторять я не собираюсь. Записывайте, если хотите. Тема: солнечные парусники, теория и практика. Это материал, который вы проходили, но я повторю, чтобы избежать неясностей.

Первое. Зачем возиться с парусами, если корабль с ядерными двигателями быстрее, маневреннее, надежнее и легче в управлении? Ответ состоит из трех частей. Во-первых, парусник — неплохое средство перемещения тяжелых грузов в космосе: медленно, но дешево. Во-вторых, размеры паруса неограниченны, потому что для движения используется механическое давление света, и нам не надо ни двигателей, ни топлива.