Он поднял голову — да, кругом снег, но… Где карета, где ступени особняка, слуги, наконец?! Весьямиэль лежал в сугробе, глубоком сугробе, каких не могло быть перед парадным входом! И… вокруг простирался лес. Не какой-нибудь парк, а самый настоящий лес.

Внутри похолодело, и вовсе не от мороза. Весьямиэлю доводилось слышать о забавах приближенных императрицы! Что, если его, не оправдавшего надежд, вывезли в лес и оставили замерзать!? Ну, положим, сразу он не замерзнет, мех куньи греет прекрасно, но… Куда идти, что делать?.. «Прежде всего, не паниковать, — сказал он себе. — Скорее всего, я где-то недалеко от жилья. Даже императрица вряд ли станет убивать одного из зи-Нас'Туэрже! Вот полюбоваться, каким я выберусь из леса — другое дело…»

Он осмотрелся еще раз. Очень странно. Весьямиэль готов был поклясться, что не узнает ни единого дерева в этом лесу! Что, например, вот это такое: белый ствол в черных пятнах? А это — со слоистой коричневой корой, пахнущей как-то странно? Где стройные серебристые палиа, где изящные черные иэлли? Что это за кустарник, в конце концов!? Не могли же его увезти в другую страну!

В кустах затрещало. Весьямиэль замер: если там человек — это одно, а если дикий зверь… Останется только на дерево лезть, а это не так-то просто: стволы гладкие, ветви начинаются выше человеческого роста, а он в шубе и парадных сапогах! Сбросишь шубу — замерзнешь, не сбросишь — не убежишь от зверя… И оружия нет, как назло, — нельзя появляться у императрицы вооруженным!

В кустах затрещало сильнее, и почти под ноги Весьямиэлю вывалилось что-то бурое, лохматое… поднялось на задние лапы, заревело…

У страха глаза велики — существо не заревело, а что-то сказало человеческим голосом, ибо был это не зверь, а человек, просто в какой-то странной шубе!