- Шантажистка! - заорал он в ярости. - Секс-зомби! Бесплодная утроба!

- Пожалуйста, - улыбнулась она, - ты лишь слегка царапаешь мое самолюбие.

- Я предпочел бы расцарапать твое горло. Джуно спокойно оглядела его:

- Похоже, ты достоин большего, маленький мейстерзингер. Понимаешь, о чем я?

- Никто не заслуживает первой категории, даже офицер порядка.

- Ну вот, - сказала она весело, - наконец-то мы становимся понятливыми. Выпей еще бренди...

Женщина плеснула большую порцию в его стакан:

- Давай будем взаимно вежливы. - Она достала легкую домашнюю тунику и натянула ее, прикрыв грудь: - Ну, как теперь?

- Спасибо, - сказал Дайон. - Так гораздо лучше.

- Да, похоже, ты несколько старомоден. Он улыбнулся:

- Скажем, несколько странен. Эксцентричен - было бы еще точнее.

- И ты действительно пишешь стихи?

- Да, так это называется. В основном мною. У меня самая благодарная в мире аудитория - из одного человека.

- Давай расширим ее до двух.

- "Век расшатался", - сказал он сухо.

- "И что скверней всего, - смеясь, подхватила она, - я рождена восстановить его!.." [Век расшатался - и скверней всего, Что я рожден восстановить его! Шекспир Гамлет. Акт I, сцена 5. Перевод М. Лозинского] Сам-то ты уверен, что рожден для этого? В двадцать первом веке Гамлета приговорили бы к анализу первой степени сразу по десяти разным статьям.

У Дайона отвисла челюсть.

- Пожалуйста, не изумляйся так. Это даже оскорбительно. Не все доминанты невежественны.

- Даже офицеры порядка? - выдавил он.

- Особенно офицеры порядка. Наша работа - почти синекура. Оставляет массу времени для самообразования. А что касается таких, как ты, жиганов... Все вы носите внутри стремление к смерти. Но ты пока не заслужил больше чем однодюймовую эпитафию.