– Телефон! – Линда тормошила спящего мужа. – Слышишь?

– М-мг… – Фред повернулся на другой бок.

– Мне самой подойти?

Он приподнялся на локтях и чиркнул зажигалкой.

– Успеется… – Потом спустил ноги на пол и стал шарить ими в поисках туфель. – Моим клиентам некуда спешить.

Когда он вернулся, Линда спросила:

– Ну?

– Какой-то профессор… Звонил сам шеф. Вовремя, черт возьми! Нам как раз нужно вносить за пианино.

– Как ты можешь!..

Он пожал плечами.

– Не будь ханжой. Ему уже ничем не помочь.

…На улице шел дождь. Было темно и сыро, и после теплой постели Фред Честер чувствовал себя особенно неуютно. Он поднял воротник пальто и поежился. Подумал: преступники никогда не заботятся о репортерах – ночью, да еще в такую погоду…

Взвизгнув тормозами, из темноты неожиданно вынырнула знакомая машина. Фред едва увернулся.

– Салют, старина! – приветствовал его обычный партнер в подобных поездках фоторепортер Мелани.

Усаживаясь в машину, Честер с завистью посмотрел на своего спутника. Всегда бодр – ночь для него, что день. Сам Фред все еще никак не мог прийти в себя и, чтобы взбодриться, жадно затянулся сигаретой.

У ворот, ведущих на территорию института, долго и придирчиво проверяли документы. Наконец их пропустили. Проходя по двору, Фред не заметил обычного оживления. Рассекая темноту ярким светом фар, подъехала какая-то машина. Вспыхивали огоньки карманных фонарей. Кое-кто был одет в военную форму. Корреспондентов других газет Фред не видел.

Поднимаясь по лестнице, они столкнулись с Гардом. Дэвид Гард, старший инспектор уголовной полиции, был давнишним знакомым Фреда. Они поздоровались.

– Послушай, Дэви, что за народ? – осведомился Фред.

– Т-с-с! – Гард приложил палец к губам. – Серьезная история. Этот профессор работал на военных. Он, кажется, открыл что-то важное.