— Это уже неважно, — поморщился Канцлер. — В любом случае планета наша. Только сумасшедший захочет отделиться от успешного предприятия, а Империя оказалась успешным предприятием. Мы — естественная монополия. В общем, боюсь, наш общий друг император остался без работы.

— Значит, мальчики, мы всех победили, не так ли? — хитро улыбнулась Мо. — У нас больше нет противников? Но, кажется, император другого мнения?

— Да, — император тяжело вздохнул. — У нас остался один, очень серьёзный противник. Очень серьёзный и очень, очень могущественный. Наша Империя.

— Очередной парадокс, не так ли? — подал голос Ицка Цавана. — Как обычно…

— Я понимаю, — мягко перебила Мо. — Ицка, скажи мне одну вещь. Как зовут нашего Императора? Ты не помнишь? Так я скажу, — Мо картинно подняла глаза к небу и пропела: — Император Денгард, Великий и Вечный, Первый Клинок империи, Отец Отечества, Середина Четырех Сторон Света, Хозяин Моря и Суши, Доминатор Земель Орх и Кабаз, Тан Семи Островов, Владыка Ургана, и ещё что-то там такое. Тебе это ничего не напоминает?

— Ну и что? Все эти титулатуры ничего не значат.

— Нет, Ицка. Они ничего не значат для тебя. Для меня. Для императора, наконец. Но так будет не всегда. Взгляни, во что превращается Империя. В самую обыкновенную сверхдержаву. Всё очень просто. В послевоенный период мы остались единственной силой, которой доверяли. Национальные государства вышли из моды. Правители наперебой стали брать кредиты и отдавать свои земли нам в управление. Некоторые оставались недовольны и отделялись, но таких было мало. А потом, после истории с Островами, у нас просто не осталось конкурентов. Имперские порядки стали всемирным стандартом.