А я как представлю, что меня вместо Мурзика какой-нибудь такой же нехорошей кличкой будут звать, так и скулить от удовольствия начинаю. Больше всего я мечтаю о такой: «Ужас, летящий на крыльях ночи». По телевизору однажды услышал, и с тех пор она мне спокойно жить не дает. Тем более что меня даже ментом никто звать не хочет!

Кстати, сколько ни старался подслушать, так и не понял, почему меня Сеня таким дурацким именем назвал. То ли в честь своего покойного деда, то ли это какая-то аббревиатура. Вроде НКВД…

Вышли мы от Армена с полным пакетом. В этот раз Рабинович ларечника так разжалобил, что тот ему вдвое больше нормы положил. В общем, улов получился богатый. Даже мне ларечник второй «Сникерс» сунул. Но я такой пытки выдержать не мог и, едва заметил, что оба хомо сапиенса отвернулись, задвинул его носом под стеллаж.

Глядишь, может быть, кот Армена эту дурацкую шоколадку слопает. А то он, бедняга, как меня увидел, так больше с лампы дневного света не спускался. Можно подумать, я бультерьер какой-то. Нужен этот кот мне, как Рабиновичу мулла. У меня от кошачьей шерсти аллергия. Буду я ее еще зубами хватать!

Рабинович обратно шел, торопился. Хотел меня с разгону мимо собачьего магазина протащить, но я всеми четырьмя лапами в асфальт уперся. Никуда не пойду! Пусть хоть «Чаппи» купит. А то мне опять придется за ними консервы доедать. Что я ему, жена, что ли?

Сеня попытался меня уговорить идти дальше, но я самым демонстративным образом выплюнул из пасти пакет. Сам неси, раз такой умный! Рабиновичу нести пакет не хотелось, поэтому пришлось уступить. Мы зашли в магазин, и я едва слезу от умиления не пустил, когда Сеня мне вместо одного пакета «Чаппи» два купил. Расщедрился! Может, его почаще к Армену водить нужно?