Вещей было так много, что кучи перемешались. И начался скандал, который длился три дня по местному времени, привлекая сотни любопытных. Ругались в основном руководители экспедиций и их заместители, а рядовая молодежь скалила зубы, строила друг другу глазки и обменивалась адресами. Все девицы в сафари, ребята в джинсах, расходиться не шибко хотелось. Тем более никаких трат при тех же командировочных.

Сене до такой степени все это надоело, что он завернул свои вещи в одеяло, положил до времени у приметного места, а сам пошел искать новое безлюдье.

Шел он долго и вдруг услышал какое-то цвирканье. Подошел ближе и обмер. Многоногие плоские существа с клешнями и хоботами бегали туда-сюда. Завидев Сеню, зацвиркали все сразу - это они так разговаривали, - подбежали и погнали его прочь, объясняя на ходу телепатическим способом, что это место давно занято. Здесь, мол, существа из другой галактики занимаются своими делами - не мешай.

Делать было нечего, и Сеня вернулся обратно, но одеяла своего не нашел - затоптали в людской круговерти. Пока разыскивал, неожиданно натолкнулся на Федора. Тот во главе какой-то комиссии шагал по подпространству, и все уважительно уступали ему дорогу. Он стал еще важней и представительней. Сеню он узнал не сразу, но все же узнал.

- Сеня, - сказал Федор, - ты еще здесь? Как успехи?

- Я за лаврами не гонюсь, - гордо начал Сеня, но умолк.

Отчего-то стыдно стало ему и горько.

- Да, - грустно проговорил Федор, - я потом так жалел, что дал тебе прибор. Недели не прошло, понял: не ко времени дело и не к месту. Как-то по-другому надо было тебе помочь... Сеня, ты где?

Но Сеня был уже далеко. Он пробился сквозь толпу к выходу в свою квартиру и очутился в незнакомой комнате. Обои и мебель совсем не те, только вид из окна вроде бы прежний.