- Чую что-то подозрительное.

- А? - рука Смита дернулась. - Не перебивайте. Сейф не будет заперт. В нем вы найдете коричневую тетрадку. Я хочу, чтобы вы ее взяли...

- ... и воздушной почтой переправил Гитлеру, - закончил Хольт, криво усмехаясь.

- ... и передали в Военный штаб, - невозмутимо сказал Смит. - Это вас устраивает?

- Пожалуй... так более разумно. Но почему вы сами этим не займетесь?

- Не могу, - отозвался Смит, - не спрашивайте почему, просто не могу. У меня связаны руки - Проницательные глаза блестели. - Эта тетрадка хранит чрезвычайно важную тайну, Денни.

- Военную?

- Формула не зашифрована; ее легко прочитать, а также использовать. В этом-то вся прелесть. Любой может...

- Вы сказали, владельца дома в Бруклине зовут Китон. А что с ним произошло?

- Ничего... покамест, - ответил Смит и тут же поторопился замять: - Формула не должна пропасть, поэтому нам надо там быть именно около одиннадцати.

- Если уж так важно, почему мы не едем сейчас, чтоб взять тетрадку?

- Формула будет завершена только за несколько минут до одиннадцати. Сейчас Китон разрабатывает последние данные.

- Больно мудрено. - Хольт был недоволен. Он заказал еще виски. - А что, Китон - нацист?

- Нет.

- Может, ему, а не вам нужен телохранитель?

Смит покачал головой.

- Вы ошибаетесь, Денни. Поверьте, я знаю, что делаю. Очень важно, жизненно необходимо, чтобы эта формула была у вас.

- Гм-м...

- Есть опасность. Мои враги, быть может, поджидают нас там. Но я их отвлеку, и у вас будет возможность войти в дом.

- Вы сказали, они не постесняются убить вас.

- Могут, только вряд ли. Убийство - крайняя мера, хотя этаназия (1) не исключена. Только я для этого неподходящий объект.

Хольт не пытался понять, что такое этаназия; он решил, что это местное название и означает проглотить порошок.

- Ладно, за тысячу долларов рискну своей шкурой.