— Мы едем в приличное место, мосье Павлинский, я вас предупреждал об этом, разве вы не могли надеть по этому случаю пиджак?

Взвизгнув по мокрой брусчатке провернувшимися от нетерпения колесами, машина, рыскнув влево и вправо, рванулась своей зализанной никелированной мордой в сторону Сены. Зэро назначил им на двенадцать, и Берзак нервничал, успеет ли к своей зи-зи на послеобеденную сиесту в Дефанс. С утра, едва вырвавшись из-под недреманной секи мадам, он уже четыре раза звонил в Дефанс, но Мадлен трубку не брала. Звонить при Павлинском Берзаку не хотелось, поэтому он еще больше злился и нервничал. Не хватало еще, чтобы эта провинциалка на мною же снятую квартиру водила к себе мужиков! — думал он, выруливая на Риволи и устремляясь в сторону Конкорд.

— В присутствии мосье Зэро постарайтесь не дышать в его сторону, — не поворачивая головы, прошипел он Павлинскому и до самого конца пути больше не проронил ни слова. Только сворачивая с Шонс Элизе в сторону Рю Франсуа Премьер, когда дальние кубики Дефанса скрылись из виду, вздохнул со всхлипом, скосив глаза на безмолвствовавшую трубку радиотелефона.

— Я посмотрел его досье, — с ходу после дежурных бонжур-сава

— Досье хорошее, я бы даже сказал — отличное!

Зэро, сделав блаженную гримасу, по-кошачьи почесал за ухом.

— Там все кстати: и то, что коммунист, и то, что сидел, и то, что в экономическом колледже учился, — все кстати! И главное, главное! — Зэро назидательно поднял палец: — Главное — что еврей! — видя слегка вытянувшееся в удивлении лицо Берзака, Зэро кивнул: — сейчас вам все станет ясно, мой друг, сейчас я все объясню. Во-первых то, что коммунист поедет заниматься нашим делом, снискает ему там особенное доверие. Коммунисты в СССР еще долго будут держать реальную власть. То, что он учился в экономическом колледже…