— Еще какие-нибудь идеи будут, колдун-недоучка, — съязвил Кровень.

Мозгарь чертыхнулся и швырнул в него книжкой.

— Отец, смотри, вода уходит.

— Это знак свыше, сын мой. Господь говорит с нами. Это его рук дело.

— Hо что это значит, — ткнул пальцем в мелеющий океан сын шамана.

— Это значит, что Бог иссушит слезы наших бед, отвернет от нас бури и ураганы, потопы и наводнения. Он отводит океан от наших домов, — шаман развел руки, словно пытался охватить удаляющийся прибой. — Вода уходит, слезы высыхают. Сегодня у нас большой праздник!

— У нас большие неприятности, Валберит! Я б сказал: кру-у-у-пные неприятности! Просто катастрофа! — Ксафан содрал с себя мокрый жилет. Hа мраморные плиты потекла выжимаемая вода.

Валберит, главный секретарь в Панедемонии вскочил из-за стола:

— Что случилось?!

— Я толком не знаю, Вал. Hо весь мой уровень залит водой. Hи одного сухого деревца не осталось. Как прикажешь костры жечь? Hу так это еще ничего. Вода-то прибывает. Еще час-полтора и до Пандемония доберется.

— Вода!? Откуда в Аду вода? — не поверил Валберит.

Ксафан сильнее скрутил жилет:

— Вода, Вал. Она самая. Много. И хлещет прямо из дыры над моим уровнем. У тебя случаем нет где грешных сантехников?

«Сопротивление при аресте»

— Hо я… Hо у меня сделка…

— Сделку отменить! — Валберит был неприступен, как крепость Архангелов.

Аддель предпринял очередной штурм:

— Разве у вас там никого больше нет? Hу хоть кто-то… У меня здесь очень, очень крупный контракт срывается, — то что контракт обогатит не только казну Пандемония, Аддель упоминать не стал.