-Раз, два, три, четыре, пять... - медленно сосчитал Битти. Поднял глаза. - Что это?

-Ген охотника, - ответила грифоница. - Он есть у всех людей, как впрочем и у нас. Именно этот участок ДНК определяет, способен ли ты хладнокровно убить другое разумное существо, или получать удовольствие, охотясь на животных.

Битти долго разглядывал модель.

-Не верю, - сказал он наконец. - Такое сложное поведение не может определяться генами.

-Ген не определяет поведение. Он лишь повышает шансы стать убийцей. В прошлом считалось, что мужчины с хромосомами YY - с рождения склонны к преступности, насилию и убийствам. Но всё оказалось проще. Есть прирождённые охотники, Мэнахем - те, кто в седой древности снабжал племя мясом и сражался с соседями, кто обычно выживает на войне, кто в выходные ездит в ближайщий лес "пострелять уток"...

-Таких давно не осталось!

-Остались, - улыбнулась Аэлита. - Просто сейчас, в эпоху межзвёздных полётов, когда десятки рас взаимодействуют на сотнях планет, ген охотника становится вреден для своего носителя. Люди с таким мировозрением не умеют находить общий язык с инопланетянами, для них любой "чужой" - всегда инстиктивно воспринимается животным, а животные в их глазах - не больше чем еда.

Грифоница подняла мощную лапу и выпустила когти.

-У нас, у пардов и драконов, ярров и зоран - проще говоря, у настоящих хищников, ген охотника всегда сдерживается механизмами торможения. Это природный способ защиты популяции, у хищников внутривидовая дисциплина на высоте. У вас, потомков всеядных обезъян, внутривидовой дисциплины нет вообще, и только с развитием цивилизации ей на смену постепенно пришёл институт этики и морали.

Улыбнувшись, Аэлита коснулась своей груди:

-Проще говоря то, что вы называете этикой, заложено у хищников в сердце. А людей приходится обучать...

-И лечить? - мрачно спросил Битти.