- Мне прекрасно известно, что на Хоте он дрался почище всех остальных! Мне прекрасно известно, что если бы на Эндоре он не снял "колесников" у меня с хвоста, мы бы с вами сейчас не разговаривали. Мне тут все уши прожужжали, какой я герой, так вот Тикхо гораздо больше достоин этого звания! Я знаю, что он вызвался лететь на Корускант, знаю, что он попал в плен. Он сбежал. Он здесь. Все. Конец связи.

- Ваши аргументы в пользу капитана Селчу предвзяты. Вам просто хочется верить в это, Антиллес, - Сальм слегка выпустил пар.

- Поясните.

Глубокий вдох отрезвил и Веджа.

- Это по версии Селчу был побег, - генерал сумел справиться с собой, и лицо его вновь стало непроницаемым, как маска Дарта Вейдера. - А если его отпустили?

- Во-во, как на Эндоре.

Антиллес, язык твой - враг твой. Самый злейший. Плюс горячая голова.

- Генерал, вы сражаетесь с призраками.

- Я хочу, чтобы в число призраков не попали ни вы, ни ваши пилоты, - не остался в долгу Сальм.

- В кои-то веки у нас совпали желания. Я в экстазе. - От субординации и устава остались одни воспоминания.

Ситх тебе, сбить разогнавшегося кореллианина не каждому по зубам. Сколько не тряси плоскостями, "костыль" "крестокрылом" не станет.

- У Тикхо богатый опыт натаскивания молодых пилотов, - после жарких пререканий Веджу удалось вырулить на взлетную полосу.

Сальм в негодовании воздел руки.

- Я предупреждал, вас, адмирал, - с пафосом трагического актера провозгласил он. - Убедитесь сами. Голоса разума он не слушает. Осознает, что Селчу опасен для окружающих, но не желает признаться.

- Я послушаю голос разума, - огрызнулся Ведж, - как только обнаружу здесь хоть одно разумное существо.

Акбар, как рефери, развел противников по разным углам.

- Господа. Господа, я прошу вас… Коммандер Антиллес, вы должны понять, что у генерала есть причины для беспокойства. Если мы сумеем придумать, как смягчить некоторые его тревоги, то сумеем достичь взаимного согласия.