Оперативник и следователь также без проблем уложили на пол двух других.

– Кто из вас Бабич Матвей Елизарьевич! – спросил опер.

– Я! – послышалось откуда-то со стороны.

Кирилл оглянулся на голос и обомлел. Из соседней комнаты прямо на него выходил здоровенный мужик с внешностью и осанкой пещерного человека. Свирепый взгляд излучал лютую ненависть. Бабич держал в руках обрез одноствольного охотничьего ружья и целился в Кирилла. Палец давил на спусковой крючок. Еще мгновение – и случится непоправимое.

Самое обидное, что никто не мог ему помочь. Оперативник был вооружен, но пистолет покоился в кобуре. А выхватить его и привести к бою он не успевал при всем желании.

А сам Кирилл совсем был без оружия. Это называется – преступная беспечность…

Говорят, перед смертью человек вспоминает всю прожитую жизнь. Кирилл же вспомнил недавний сон. Душманская пуля летит в голову, и нет никакой возможности от нее увернуться… Значит, все-таки сон был вещим…

Как это случилось во сне, время вдруг резко замедлило свой ход, разложилось на десятые и даже сотые секунды. Только тогда во сне пуля была уже в полете, а самого Кирилла как парализовало. Не мог он тогда увернуться от пули. Зато наяву все было по-другому. Пуля-жакан только вот-вот должна была сорваться с привязи. А Кирилл уже в движении…

В мощном, стремительном рывке он сорвал тело с прицельной линии. Только что-то медленно уходит в сторону корпус. И ноги, и руки получили достаточно мощный импульс, но не хватает скорости. Медленно, все очень медленно. Но и сам Бабич в замедленном кадре, его палец неторопливо дожимает спусковой крючок.

И вдруг все меняется. Грохот выстрела возвращает время в привычный ритм. Но и сам Кирилл уже в нужной позиции. Тело смещено с линии огня, правая рука по инерции отводит в сторону бесполезный уже ствол.