Когда-то здания, мимо которых проходила эта дорога, построенные по принципу «ничего лишнего», выглядели удручающе однообразно. Теперь же разрушающий их плющ, который распространялся с необыкновенной быстротой, придавал им мрачную готическую пышность. Брошенная земляная машина, фары которой по какому-то невероятному стечению обстоятельств остались целыми, смотрела на них, словно коротконогое животное, покрытое зеленой шерстью.

Граймс попытался представить, как выглядели эти места до эвакуации жителей. Возможно, так же, как любой крупный город Лорна или Далекой, Ультимо или Туле — по крайней мере, в плане архитектуры. Однако было одно отличие — и очень важное. Эта атмосфера ужаса, неотступное предчувствие… чего? Может быть, страшного холода и мрака, пришествия Вечной Ночи. В других городах других миров строились специальные убежища; здесь каждый дом должен был быть убежищем.

— Чем скорее наш юный Фаррелл поднимет корабль с этих надгробных плит, тем лучше, — произнес Граймс.

— Хотя бы дождя нет, — отозвалась Соня, пытаясь казаться бодрой.

— Хвала дивным богам Галактики за эту маленькую милость, — проворчал он.

— К слову о дивных богах…

— Что?

— Салли Вирхаузен, наш биохимик, говорила мне про какую-то странную церковь, которую обнаружила на улочке, примыкающей к центральному проспекту.

— Церковь?

— Да. По правой стороне. Можно сказать, проход между домами. Свернуть, не доходя высокой башни с сетчатой радиоантенной — не представляю, каким чудом она до сих пор цела.

— Сюда, направо?

— Похоже на то. Начинаем исследование?

— А что там исследовать?

— Возможно, ничего. Но я советую тебе вспомнить времена, когда ты питал страсть ко всяким «странным религиям», как ты их сам называл. Кажется, тебе представился случай пополнить коллекцию.

— Сильно сомневаюсь, — отозвался Граймс.