По широкому пыльному, но малоезженому тракту, уложившему свою бесконечную серую спину между цветущих лугов, перелесков и малопроходимой чащи, в сторону горной страны Тань-Шао шагал одинокий путник в темно-серой хламиде, подпоясанной куском толстой веревки и ношенных, но еще довольно крепких башмаках. Судя по морщинистому лицу, выглядывавшему порой из-под глубоко надвинутого капюшона, путник был стар. Однако шагал он бодро, широким шагом, размашисто переставляя длинный, отполированный человеческими ладонями посох из сибирского кедра. Сантиметрах в двадцати от верхушки ствол посоха охватывала цепкими лапами резная фигурка крысы. В ее глазницы были вставлены темно-красные камни, посверкивающие при движении посоха. Хвост этой резной красавицы спиралью опоясывал посох, спускаясь до самого конца, окованного металлом. При необходимости этот увесистый посох вполне мог служить оружием, поскольку другого у старика не было. Но, похоже, отсутствие оружия путника особенно не заботило, а может быть, он просто не знал, насколько опасен был этот тракт.