Дракон, свесив голову, посмотрел на кровавые ошметки, вывалившиеся из его брюха, а затем сложил крылья и с нарастающим ревом, медленно вращаясь, круто пошел к земле. В последний момент управлявшие им чародеи успели снять свои чары, и бронированная туша рухнула в тайгу, ломая вековые сосны. Через мгновение послышался негромкий взрыв, и к небу поднялось небольшое темное облачко – все, что осталось от красавца дракона. Саламандры, построившись ромбом, сделали в небе над местом гибели дракона мертвую петлю и тихо растворились в посиневшем вечернем небе.

Я ожидал следующего хода своих противников, поскольку контрольное время экзамена истекало часа через два, но неожиданно из-за ближайшей сосны показалась сморщенная рожица знакомой кикиморы. Она сурово взглянула на меня из-под поломанного козырька старой милицейской фуражки и пробурчала начальственным голосом:

– Посредник объявил, что схватка закончена. Тебе надлежит явиться на полигон для разбора действий и обмена пленными…

– Это какой такой обмен?! – возмутился я. – Это кто ж это из моих в плен попал?!

– Знать ничего не знаю, – сразу сбавила тон кикимора. – Чего мне приказано, то я и докладам… – И кикимора, быстро юркнув за дерево, исчезла.

Я повернулся к Гришке, сидевшему на низеньком пеньке. Он тоскливо посмотрел мне в глаза, подпустив в свой взгляд недоумения и горечи, а потом покивал головой и заныл.

– Э-э-э, не стыдно?… Это ж надо, на друга двух демонов натравил… И где только таких красномордых зверей откопал?…

– А тебе не стыдно? – перебил я его. – Ты зачем четвертым экзаменатором согласился быть?… Как будто ты не знал, что если четверка не набирается, испытания не проводятся и экзамен принимается автоматом…