– Ну, понятно… – тихонько сказал Ромка.
– Что понятно? – машинально переспросил Василий, пробуя на ощупь ярко-алый лоскут. Лоскут был холодный и скользкий, как лягушачья кожа.
– Понятно, как это он сквозь стены ходил…
Эта невинная фраза привела Василия в бешенство.
– Да? – побагровев, гаркнул он. – Понятно? А с этажа на этаж ты прыгать умеешь? Без лестницы, а?
Отшвырнул с отвращением скользкий лоскут и, сопя, направился в угол. Ухватил щепотку желтоватой трухи, растёр в пальцах, понюхал… Труха как труха. Похоже, древесная.
Ромка растерянно поскрёб стриженый затылок. С этажа на этаж без лестницы… Так, может, тут и лестницы в комнатах есть?.. Осенённый такой мыслью, он немедленно сунулся в один из проёмов. Далее последовал приглушённый вскрик, и отшатнувшийся Ромка повернул к Василию смятое страхом лицо.
– Там… – выдохнул он, тыча во что-то стержнем. – Там…
Во мгновение ока Василий очутился рядом и чугунным плечом отпихнул Ромку назад, за спину.
Посреди залитой рубиновым светом комнаты, уткнувшись лицом в пол, лежало белое раздутое тело.
Глава 4
Хороша была Танюша, краше не было в селе…
– Ни к чему не прикасаться! – отрывисто предупредил Василий. – Встань в дверях.
Ромка испуганно шевельнулся и замер. Большего он всё равно сделать бы не смог, поскольку и так стоял в дверях.
Василий потянул воздух круглыми ноздрями. Запаха вроде нет… А раздуло прилично… Или это у него бёдра такие?.. Э! А труп-то, получается, женский…