- Давно дружите?

Улыбка на лице. Совершенно естественная, открытая. Похоже, дружба здесь настоящая. Как у нас с Андрюшкой. Но улыбки уже нет. Вспомнил о происшедшем и мигом стер ее с лица. Наверняка мучается сейчас, корит себя за легкомыслие. Отсюда и сухой тон ответа:

- Давно.

- Расскажите-ка, Павел, что вы делали после того, как мы ушли из зала.

Рассказывает подробно, старательно вспоминая все мелочи. Но ничего нового в дополнение к рассказанному Алексеем не узнаю. Грустно.

Яцек. Сидит сгорбившись, катает в ладонях бокал с темной жидкостью.

Заметив мой взгляд, пояснил:

- Борис налил какую-то настойку. Вкус мерзкий, но успокаивает.

Отставив бокал, резко вскочил, сжал кулаки:

- Ну кто, кто мог это сделать?

- Вы давно знакомы с Гюставом?

- Третий год. Он у нас в институте читал лекции. Такой человек!

- Он... крупный ученый? - слово "был" я так и не решился произнести.

- Какое это имеет значение? И что значит - крупный, мелкий, средний? Люди к нему тянулись, понимаете? Легко с ним было, интересно. Задаст, бывало, вопрос или идейку подкинет, мелкую вроде, незначительную. А начнешь думать, сопоставлять давным-давно известные факты - глядь, а за ними что-то новое... А как он радовался, когда у нас что-то получалось! Да и не только у нас... Знаете, я всегда думал, что история - это для него временно, хотя и любил ее Гюстав беззаветно. Так же как и Ольгу. Только все равно дорога его мне по-другому представлялась. Каким Учителем он мог стать! И вот... Найдете вы этого?

- Найдем. Только помоги. Скажи, ты уходил от ребят с балкона?

- Да. Зашел в комнату, взял куртку и сразу вернулся.

- Когда это было?

- Да практически сразу, как вы ушли. Точно, когда я вышел в коридор, вы с Андреем поднимались по лестнице на второй этаж. Андрей чуть впереди, вы - сзади.

- Когда возвращался, никого не видел?

- Нет.