#8209; Дай мне хоть минуту, милый, в порядок себя привести, #8209; попросила Мадлен. #8209; Сбежала по трапу, забралась в такси, вновь поднялась по трапу #8209; корабельному. Гонки, да и только. Но как приятно увидеться вновь!

Наш вступительный диалог оставлял желать много лучшего; но ведь, рассудил я, мы не дурачить пытаемся #8209; мы ходячей угрозою служим. Если не ошибаюсь… И даже эдакая бездарная пьеска #8209; чистое излишество. Если верить распоряжению Мака, меня нанимали огородным пугалом, а не актером. Следовательно, полагалось торчать на виду, а не таиться. Иначе, какой резон был отряжать меня сюда вообще?

А если публика знала о М. Хелме, эсквайре, достаточно, чтобы испачкать бельишко при одном его появлении, то знала и очевидное: сию отменно привлекательную и тошнотворно добродетельную даму я не встречал нигде и никогда… Опять же: к чему дурачиться?

#8209; Одну минутку! #8209; повторила Мадлен.

Я напоказ, не без насмешки, обозрел циферблат.

#8209; Ловлю на слове, куколка. Ровно минута. Шестьдесят секунд. И ни единой больше.

Мадлен рассмеялась, но глаза ее сузились и запылали настоящей, девяносто шестой пробы яростью. Взял, стервец, и опять надерзил. Сначала рукам беспардонным и пасти бесстыжей полную волю предоставил, теперь "куколкой" кличет! А это уже стыд и позор.

Проследив за удаляющейся Мадлен, я вздохнул. Угрюмо вообразил грядущее четырехдневное странствие #8209; дружелюбное, интересное и упоительное, упоительное, упоительное… Тьфу! Послала удача напарницу… Правда, можно было рассматривать злополучную встречу как вызов, брошенный моему machismo