- Вот правильно. И запомни - у этой зеленой скамейки. И запомни: ты вошел в зал без спроса. И запомни: тебе ещё три года учиться здесь. Если ты что-то сделаешь не так...

Физног глубоко вздохнул во сне и начал успокаиваться. Ему всегда хотелось иметь бороду, погуще и поокладистей, но наяву борода не росла, совсем не росла.

Лаборантка Люся уснула, не выключив приемник. Всю ночь приемник передавал музыкальные звуки и сны лаборантки Люси были избыточно музыкальны. Уши лаборантки Люси шевелились во сне и высовывались из-под прически. В своих снах лаборантка Люся всегда занимала некоторое общественное положение - от учительницы химии до принцессы - была амбициозна. Еще лаборантка Люся любила мужчин, и без мужчин ни один из её снов не обходился. В сегодняшнем сне она была учительницей химии, новенькой, и Физног подвозил её на машине директора.

За окном машины падали листья. Еще за окном играл духовой оркестр. Кое-где его играние было чуть слышно, кое-где было очень громким. Особенно толсто выделялся барабан: он был слышен не ушами, а неопределенным местом чуть пониже груди - каждый удар далекого барабана отдавался здесь будто биение второго сердца.

Духовой оркестр играл все что попало, начиная от старины и заканчивая модерном. Сейчас он заиграл вальс. Вальс тяжко вздыхал от звукового ожирения, но крепился.

- Что-то слишком много музыки, - заметила Люся.

- Да, - сказал Физног, - такие уж мы веселые люди.

Они ехали по дороге, ведущей к школе. Физног взял машину Юрича, для того, чтобы привезти новую учительницу химии. Старому учителю химии становилось хуже с каждым днем. Он заболевал странной болезнью, неудобной для работы. Болезнь эта проявлялась в болях в разных местах тела; болях острых, сильных и едва переносимых, а также в икотке. Приступы икоты были неудержимы и, как только начиналась икота, учитель вынужден был убегать из класса. Поэтому его следовало бы убрать, заменив более новым экземпляром.