Он добрался до дворцовых ворот и остановился перед экраном на двери, но тут же понял, что система наружного наблюдения здесь тоже не работала. Осмотрелся, ища какую-нибудь открывающую дверь панель или переговорное устройство, но вокруг ворот была лишь гладкая стена.

Тут вдруг ворота сами заскользили и открылись, и в лицо Ферусу уставилось дуло бластера.

— Сообщите цель вашего визита, — потребовал солдат в песочного цвета френче.

— Ферус Олен. Меня ждут.

Солдат сверился с дюрашитовым листом.

— Сюда.

Ферус последовал за ним во дворец. Это было большое протяженное белое здание с семью куполами, инкрустированными камнем цвета морской волны. Полированные плиты камня, которыми был вымощен пол, складывались в поразительную мозаику. Светильники в-виде красивых прозрачных сфер синего стекла…

Ферус прошел вслед за солдатом в украшенный гобеленами зал, и теперь стоял в центре плиточного пола, на котором была выложена мозаичная карта Сафа; смотрел на неё — и думал, каким хрупким может оказаться столь мощный город.

Прошло пятнадцать минут, и он заподозрил, что его намеренно заставляют ждать. Довольно странный способ обращаться с эмиссаром Императора. Что ж, дипломат никогда не раздражается необходимостью ждать, он просто использует это время в своих интересах… Он услышал это когда-то давно, и не от Сири, никогда не отличавшейся терпением, а от Оби-Вана. И теперь он изучал карту Сафа, запоминая главные улицы и районы.

Наконец двери открылись, пропуская высокого человека с седеющими волосами. Одет он был скромно — обычные темные туника и брюки, и Ферус был удивлен, когда этот человек представился как премьер-министр Самарии, Аарен Ларкер — он ожидал увидеть кого-то в роскошных одеждах, которые гармонировали бы с пышностью дворца.