…Да, если вы поверите в это, вы, наверное, вообще чему угодно поверите…

— Я понимаю вашу проблему, — сказал Ферус, — К сожалению, я не смогу помочь вам.

В пристальном взгляде из-под капюшона зияла тьма.

— Я необходим в другом месте, — продолжил Ферус, — А теперь, как вы мне и обещали, я воспользуюсь вашим разрешением уйти.

— Что ж, если так… Позвольте ему пройти, — приказал Палпатин охране.

Ферус двинулся к дверям, в любой момент ожидая приказа Палпатина схватить его. Он, не задумываясь, воспользовался бы световым мечом. Если ему суждено погибнуть здесь — пусть. Он не окажется снова в тюрьме.

— Есть только еще одна вещь, которую вы должны рассмотреть, — сказал Палпатин ему в спину.

Ферус остановился, глядя на дверь — и свободу за ней… Вот оно. Он, должно быть, совсем выжил из ума, если мог хотя бы на секунду себе представить, что Палпатин позволит ему уйти.

— Вы, вероятно, не слышали новостей. Ваш партнер, Лэндс Роан, арестован.

Имя было словно удар в сердце. Его соратник. Его друг. Роан.

Он не обернулся. Он не доставит Палпатину такого удовольствия — увидеть сейчас его лицо.

— …Наряду с вашей доброй знакомой, Доной Тэламарк.

Дона, прятавшая его, когда за ним охотились имперские солдаты. Та, что помогла ему, ничего не прося взамен. Пожилая уже женщина, седая, но ещё сильная и крепкая, так любившая свой дом в горах, свой уединенный горный край. Мучительна была сама мысль о том, что она в тюрьме.

— Они оба, — голос Палпатина зазвучал громче, — Приговорены к смертной казни.

Ферусу пришлось приложить все силы, чтобы не вздрогнуть.

— В чем их обвиняют? — спросил он.

— В заговоре против правительства Беллассы.

Удачная шутка… Правительство Беллассы было полностью подконтрольно Империи. У кого бы это могло хватить ума устраивать против него заговоры?

А голос Палпатина продолжал жужжать у него над ухом, словно жирное мерзкое насекомое.