Аугусто Нихель... Игорь вспомнил, что уже где-то слышал это имя. По странной прихоти ассоциативного мышления всплыла в памяти Ирма. Некоторое время он пытался понять, почему именно Ирма связываете; в его памяти с именем Аугусто Нихеля. Потом сообразил, что проще спросить об этом у самой Ирмы. И набрал шифр. Ирма строго глянула с экрана и тут же улыбнулась, узнав Игоря.
- Привет, красавица Ирма, - традиционно поздоровался Игорь.- Какое на тебе платье!
И действительно, было на что посмотреть. Иссиня черная ткань, казалось, дышала на плечах женщины, переливалась бархатным блеском, пурпурными и фиолетовыми тенями.
- Нравится? - без тени кокетства спросила Ирма.- Я рада. Это первый образец.
- Неужели получилось? - восхищенно воскликнул Игорь.- Да-а... и вправду красота. Поздравляю! Слушай, Ирма, она что, в самом деле... как бы это сказать... живая?
- Еще какая живая! - улыбнулась Ирма, поглаживая пальцами ткань на плече.
- Даже страшно. А она тебя не съест?
Женщина рассмеялась. У нее было прекрасное настроение- опыты по выращиванию "живого бархата", новой ткани, в корне меняющей всю технологию текстильного и швейного производства, успешно завершены. Медленно, дециметр за дециметром, прибавлял в росте удивительный материал, вся прелесть которого стала видна только сейчас, на плечах его создательницы. Ткань не рвалась, не изнашивалась, не теряла цвета. По строению она была ближе всего к лягушачьей коже, поэтому буйное воображение репортера немедленно явило Игорю заголовок будущего очерка: "Платье для Василисы Премудрой".
- Да, Ирма, если это войдет в моду, то лучшие дома - наследники Валентине и Диора - будут выть от зависти.
- Войдет, войдет, об этом я позабочусь.
- Ну конечно, тебе достаточно будет всего лишь раз появиться в таком наряде...
- Льстец! Лучше скажи, писать о нас будешь? Мы люди тщеславные...
- Обязательно. Но... сейчас у меня срочное задание, а ты гони пока нашего брата репортера в шею и никому первое интервью не отдавай! Я дня через три вернусь. Кстати, тебе ничего не говорит имя Аугусто Нихель?