– Володя, обыщи.

Парнишка перебросил ружье за спину, зачем-то извлек из кармана «макаров» и шагнул к раненому.

– Куда? Назад!

Мой крик опоздал. Эх, молодость!

Володька был рядом с братком, но встал так, что намертво перекрыл мне сектор стрельбы. Я лишь заметил, как бандит резко двинул рукой, запуская ее под куртку.

В следующий миг я неловко прыгнул прямо с места, стараясь оказаться сбоку от парочки, и еще на ходу стал стрелять. Не зацепить, хотя бы просто сбить с толку, напугать. Упал, довольно больно, хорошо, не вышибив дух, краем глаза отмечая свою правоту.

В руке бандита был пистолет. Очередь сыграла предназначенную ей роль, заставила братка промедлить, а Володьку – шарахнуться в сторону. Но пистолет все-таки выстрелил дважды – в Володьку и в мою сторону. За долю секунды до моей сверхщедрой очереди.

Как промахнуться с такого расстояния? Часть пуль ушла резать ветки, но оставшихся с лихвой хватило, чтобы отбросить братка, продырявить, словно отныне ему надлежало послужить решетом.

Дальнейшая моя тирада ни в коем случае не воспроизводима на бумаге. Я покрыл Володьку в лучших традициях старых боцманов Императорского флота. Вскочил, перебросил связанные по старой привычке магазины, попутно убеждаясь – не все патроны израсходованы в старом, только несколько штук погоды могут и не сделать.

Володя был бледен – хоть снеговика изображай без грима, и я сразу отметил расплывающееся на боку красное пятно. Хорошо, на самом краю, еще не худший вариант. А если бы не отшатнулся?

Мне самому стало дурно при одной лишь мысли, что могло случиться с хлопчиком.

– Кто же так ходит? В армии не служил? Дай перевяжу. – Индивидуальный пакет при мне имелся. Раз уж жизнь стала такова, лучше носить с собой все, что может пригодиться, чем оказаться застигнутым врасплох.

Володька взглянул на собственную кровь, густо пропитывающую рубашку, и вдруг стал валиться рядом с настоящими мертвецами.

Бывает, чего уж там?..