Как сказал Ибраил, на этот раз Трол снова, словно на родильном камне Учителя, умер и был непонятно почему возрожден для продолжения жизни. После некоторых колебаний Трол согласился признать себя умершим, но от этого ситуация с его воскрешением не прояснилась. Иногда, тихими ночами, когда даже его тренированное до изумительного совершенства сознание впадало в странное состояние полудремы-полубессонницы, ему мнился голос Крохана, который якобы говорил:

– Теперь, парень, тебе придется называться Дважды Возрожденным. А это, согласись, уже э-э… перебор.

Трол отвел глаза от фламинго и посмотрел на семью заливистых жаворонков, вьющихся в сотне шагов от него, на той же примерно высоте, на которой выполняла свои упражнения Келга. Этот ветер, жаворонки и фламинго в небе, их спокойная, немного даже равнодушная жизнь, были хорошим и неожиданным подарком. Хотя Трол до конца не понимал, чем заслужил его.

Келга сдалась, решила не утомлять птицу, спикировала, набрала скорость, от которой в кончиках крыльев фламинго зародилось что-то похожее на легкий свист, и пронеслась огромной тенью, несоизмеримой с размерами птицы, над Тролом. Она хвасталась, показывала, что кое-что уже умеет, или просто решила покуролесить, а это было хорошо, значит, ее первоначальная пугливость в полетах сменялась уверенностью тренированного бойца.

Опираясь на палочку, выструганную Колой, Трол неловко потащился к трактиру. Этот дурацкий костыль был Тролу необходим, потому что у него постоянно болело колено, а временами еще и ступня другой ноги. С помощью этой палочки он мог немного разгрузить ноги, перенося вес на руки. Хотя это ему не нравилось.

Да и не могло понравиться. Ему следовало бы уже тренироваться, набирать утраченную силу движений, скорость рефлексов, координацию… А вместо этого он хромает и даже мечи таскает у пояса скорее как украшение, а не как оружие. Но Ибраил пока запрещал тренироваться, и Тролу приходилось подчиняться, в этих вещах маг понимал куда больше, чем Возрожденный.