Кииз давно уже умер. Так давно, что она едва могла припомнить, как же он выглядел, когда спина его согнулась, а волосы посеребрила седина. Впрочем, она хорошо помнила его молодым и сильным, грациозным, точно дикий конь, и то, как он привел ее сюда – показать выбранное им место, с бегущим мимо ручьем и деревьями, подпиравшими небо ветвями. Она хорошо помнила тревогу и нетерпение, застывшие на лице Кииза, когда он ждал от нее ответа; облегчение и радость, сменившие их, когда она сказала ему: да, это замечательное место. Именно в этот момент она наконец решила более не мучить его, ибо желание его было огромным, да и ее – не меньше. «Сейчас! – сказала она тогда, садясь на траву и привлекая его к себе. – Да, сейчас!»

А как восхищала ее сила Кииза – особенно в тот, первый раз, под небесным сводом, да и потом еще бессчетное число раз – под этой самой крышей. Но все равно тот, первый раз был самым прекрасным из всех – когда они вместе лежали на солнце, делая найденное место своим Домом.

Это был хороший Дом; здесь они любили, здесь она растила детей – четверых выносила и всех четверых воспитала, и не многие женщины могут этим похвастаться. Здесь умер Кииз – легко, без страданий. Теперь здесь предстояло умереть ей. Лес мог забирать принадлежащее ему по праву, что ж, спасибо, ей это место уже не понадобится.

Качнулась тень. Фейн приподняла веки. Свет падал почти отвесно – стало быть, ей удалось вздремнуть. Да, стены напоминали сеть – дыры, чудом еще державшиеся вместе. Время уходить.

– Тебе что-нибудь нужно? – робко спросил тонкий голосок.

Фейн покачала головой, не отрывая ее от подушки, и попробовала улыбнуться, чтобы успокоить девочку. Тяжело ей сейчас. Хотя, конечно, Стража Смерти никогда не была легкой.

Имени девочки она не помнила. У стариков память совсем никудышная, это не новость. Но чтобы настолько!

Кииза она помнила вполне отчетливо. Она помнила каждый взмах топора и каждый завязанный узел. Они вместе строили собственный Дом, над своим особым местом. Но она, хоть убейте, не могла вспомнить, какого же несчастного ребенка люди прислали стоять для нее Вахту Смерти. Она даже не помнила, приходила ли семья попрощаться, хотя они, конечно же, приходили. Что же она медлит, заставляя ждать это бедное дитя? Фейн провела языком по сухим губам.