Сев в кресло, я посмотрел Ремйшевскому в глаза и настороженно спросил:

— А при чем здесь ваш банк?

— Бог мой, Артем Владимирович, — укоризненно покачал головой гость, — можно подумать, что, отвечая на викторину, вы телевизор не смотрели. Наш банк — генеральный спонсор программы.

— Потому и предлагаете мне открыть у вас счет, а сумму будете выплачивать в течение пяти лет? — продолжил я.

— Помилуйте, Артем Владимирович, плохо вы о нас думаете! Деньги мы готовы выплатить немедленно, хоть кредитной карточкой, хоть наличными. — Он похлопал ладонью по «дипломату». — Но мы предлагаем вам заработать еще сто тысяч. Сняться в рекламном клипе нашего банка в качестве везунчика года, выигравшего главный приз. Поездка в Москву и проживание в гостинице на время съемок за наш счет, естественно.

А вот это мне уже совсем ни к чему. И без клипа был Везунчиком. Причем именно так — с большой буквы, но рекламировать свое везение категорически не хотел.

— Благодарю покорно, но я не желаю афишировать свое имя. Как только разнесется весть о моем выигрыше, тут же появятся доброхоты с включенными утюгами и паяльниками, считающие, что я просто-таки обязан с ними поделиться.

— Да что вы такое говорите, право слово? — возмутился гость. — Дикие времена разгула криминалитета давно канули в Лету.

— Не скажите, — возразил я. — Это для тех, у кого личные телохранители и дача с забором под сигнализацией. А вон намедни академика в Питере кирпичом по темечку грохнули и тридцать рублей из кошелька забрали. Слыхали? Если с цветом российской интеллигенции из-за тридцати деревянных так, то как тогда со мной, рядовым россиянином, из-за шестисот тысяч поступят, а?