Все маджат при контакте с людьми пользовались посредничеством Кетиуй, разделяющего курганы и поддерживающего мир благодаря специфическому таланту Мет-маренов, Клана Семьи, управляющего этой землей. Поля - как человеческие, так и маджат - тянулись с одной стороны, с другой стояли лаборатории, а сбоку - склады, где ази укладывали и охраняли богатства, полученные от торговли с курганами, продукты деятельности лабораторий и компьютеров, бывшие главным обменным товаром. Кетиуй было городом, а не просто Кланом: спокойным, самообеспеченным, почти не меняющимся для своих хозяев. Контрин измеряли свою жизнь в декадах, а не годах, и редкие дети, рожденные, чтобы сменить умерших, нимало не сомневались, кем должны стать и каков порядок в мире.

Раен развлекалась, отсекая листья дневоростов короткими, точными выстрелами. Дул ветер, делая задачу более трудной, и она старательно направляла тонкое, как игла, пламя. Ей было пятнадцать лет, и уже с двенадцати она носила на поясе небольшой излучатель. Контрин были потенциально бессмертны, и она родилась исключительно потому, что один из близких родственников погиб из-за собственной невнимательности, и не хотела, чтобы ее преемник появился слишком быстро. Раен хорошо стреляла, и одним из немногих ее развлечений были пари; сейчас как раз решалось одно из них с кем-то из дальних родичей, касающееся расстояния до цели.

Стрельба в цель, пари, бег среди живых изгородей на поля, чтобы посмотреть из работающих ази, глубокий транс гипноучебы в Кетиуй или работа с компьютерами в лабораториях - все это заполняло ее дни, неотличимо похожие друг на друга. Она не нуждалась в увеселениях: время для этого еще придет, когда надоест бессмертие и развлечения понадобятся, чтобы ускорить течение лет. Сейчас же следовало учиться, получать навыки, необходимые для защиты этой долгой жизни. Изысканные наслаждения взрослых были еще не для нее, хотя наблюдала она за ними с растущим интересом.