— Тридцать четыре, — нехотя протянул Базурин.

— А каким он был к моменту окончания программы?

Базурин замялся.

— Сорок один, — наконец выдавил он из себя.

— И как вы это объясняете?

Базурин страдальчески поморщился и пожевал губами.

— Пока никак...

Наступило тяжелое молчание. Потом Горчаков сказал:

— Ну, хорошо. Теперь мы хотели бы пообщаться с обитателями планеты и поработать с Главным электронным мозгом.

— Пожалуйста, — с явным облегчением отозвался Базурин. — Разрешите проводить вас в гостиницу...

— Что-то не нравится мне все это, — хмуро сказал Горчаков, когда они с Майей расположились в отведенном им номере. — На удивление бездушный мир. Одни машины...

— Это с непривычки, — засмеялась Майя. — Чем плохо, если машины полностью тебя обслуживают, предупреждают все твои желания?

И, словно в подтверждение ее слов, в номер вкатился маленький, сверкающий металлом квадратный робот. Остановившись, он нацелил свою гибкую антенну сперва на Майю, затем на Горчакова и так же бесшумно исчез. Почти сразу из стены выдвинулся обеденный стол, уставленный всевозможными блюдами. По комнате распространился аппетитный запах.

— Смотри-ка! — удивленно воскликнул Горчаков. — Они и в самом деле улавливают желания: моя любимая печень по-строгановски.

— Вот видишь, — улыбнулась Майя, — а ты еще был недоволен.

— Что и говорить, обслуживание — высший класс! И все же... Как хочешь, подозрителен мне этот Базурин. Заметила, как он смутился, когда ты поинтересовалась его собственным биологическим возрастом?

— Ну, и что тут особенного?

— Не знаю... Но странно как-то... Все обитатели планеты стремительно стареют, а он один молодеет. Можно подумать, этот Базурин высасывает из них жизненные соки. Словно вампир. Веке в пятнадцатом его сожгли бы на костре за колдовство.