- По-твоему, дом можно залатать?

- Ну конечно!

Молли и Мяус пошли за ним по пятам к дому и, стоя рядышком, во все глаза смотрели, как он поднимается по приставной лестнице.

- Пап, ты чего делаешь?

- Обвожу края этой дыры, где лестница выходит прямо под ясное небо. А потом подровняю края пилой.

- А-а.

Джек наскоро очертил куском угля квадрат, обрубил топориком, где можно было, торчащие углы и зазубрины и огляделся в поисках пилы. Пила осталась в гараже. Он спустился по приставной лестнице, взял пилу, снова вскарабкался наверх и начал пилить. Через двадцать минут пот лил с него в три ручья. Джек устроил передышку: спустился вниз, к колонке, подставил голову под струю, закурил сигарету и опять полез на крышу.

- Почему ты не прыгаешь туда и обратно? Работа кровельщика оказалась тяжелой, и день - жарче, чем думалось полчаса назад, а пыл Джека - обратно пропорционален обоим этим обстоятельствам.

- Не говори глупостей, Молли, - проворчал он.

- Но Мяус хочет знать!

- Вон что. Скажи ему, пускай сам попробует. Он снова взялся за работу. Через несколько минут, когда он разогнулся, чтобы перевести дух, Молли с Мяусом нигде не было видно. "Наверно, пошли в палатку и путаются под ногами у Айрис", - подумал он, берясь за пилу.

- Папа.

К этому времени у папы с непривычки отчаянно ломило руку и плечо. Пила то увязала в мягкой древесине, то шла вкось. И он спросил с досадой:

- Чего тебе?

- Мяус говорит, иди сюда. Он тебе что-то покажет.

- Что покажет? Мне сейчас некогда играть, Молли. И пусть Мяус подождет, сперва надо починить крышу.

- Но это же для тебя!

- Что именно?

- Та штука на дереве.

- А, ладно.

Движимый не столько любопытством, сколько ленью, Джек слез с крыши. Внизу у лестницы ждала Молли. Мяуса не было.