Ежедневно лишь 1,1 миллиарда человек будет использовать пищевые и водные ресурсы и производить соответствующий объем отходов.

Но и восьмимиллиардное население было слишком велико. Мировое правительство приняло неотвратимые меры контроля рождаемости; население стало сокращаться, стремясь к оптимуму, который, как полагало правительство, позволит планете сохранять природное равновесие. Даже в наши дни, несмотря на множество свобод, родители помнят, что им нельзя иметь более двух детей, пока правительство, хотя бы на время, не поднимет «планку» в том или ином районе Земли. В любом случае трое детей — это предел.

Мир Дней не был утопией. Утопия неосуществима: ей противоречит врожденная природа человека. Народ в массе своей принимал предложенную систему, хотя многие возмущались и роптали. Как водится, не обходилось без мошенничества, лжи, борьбы за власть в правительственной иерархии. Я вовсе не сомневаюсь, что все это продолжается. Правительство, как и любая власть на протяжении всей истории человечества, требует надежного контроля, постоянной оценки Своих действий. В этом смысле ничего не меняется. Те, кем правят, должны управлять правителями.

В ту пору появились первые нарушители дня — дэйбрейкеры, недовольные и откровенно преступные личности, которые отнюдь не собирались ограничивать себя жизнью один день в неделю. Некоторым из них удавалось не попадаться полицейским (эвфемистически полицейских называли органиками, а граждане величали их «гэнками»). Пойманного дэйбрейкера направляли на перевоспитание, а не способных к исправлению стоунировали навечно.

Среди дэйбрейкеров оказался и мой отец. Но он был не такой, как другие. Ему помогала могущественная, хотя и тайная организация; отец каждый день недели принимал иной образ и для каждого образа он был обеспечен идентификационной картой.