Вечером, когда уже стемнело, Теодор отправился на прогулку. Проходя мимо дома Маккэннов, он услышал, как зазвонил телефон и мистер Джеймс Маккэнн заорал в трубку:
— Это ошибка, черт побери! Какого лешего я должен продавать какой-то паршивый «форд» пятьдесят седьмого года за семьсот восемьдесят девять баксов?
Трубка с грохотом упала на рычаг.
— Проклятье! — выкрикнул Джеймс Маккэнн.
— Милый, прошу тебя, будь спокойнее! — взмолилась его жена.
Телефон зазвонил снова.
Теодор двинулся дальше.
1 августа
Ровно в два пятнадцать ночи Теодор выскользнул на улицу, выдрал один из обожаемых плющей Джозефа Альстона и бросил его на дорожке.
Утром, выходя из дома, он увидел, что Уолтер Мортонмладший направляется к дому Маккэннов с покрывалом, полотенцем и портативным приемником. Старый Альстон стоял, держа в руках свой плющ.
— Его что, вырвали? — спросил Теодор.
Джозеф Альстон заворчал.
— Значит, так и есть, — обронил Теодор.
— Как — так? — спросил старик, уставившись на него.
— Вчера вечером, — сказал Теодор, — я услышал снаружи какой-то шум. Выглянул и увидел пару мальчишек.
— Вы рассмотрели их лица? — спросил Альстон, напрягшись.
— Нет, было слишком темно, — сказал Теодор. — Но я бы сказал, что они были примерно возраста мальчиков Путнама. Хотя, разумеется, это не могли быть они.
Джо Альстон медленно кивнул, оглядывая улицу.
Теодор доехал до бульвара и остановился. Прошло двадцать минут, и Уолтер Мортон-младший с Кэтрин Маккэнн сели в автобус.
На пляже Теодор расположился в нескольких метрах позади них.
— Ну этот Мак и тип, — услышал он слова Уолтера Мортона. — У него зудит в одном месте, и он отправляется в Тихуану, только чтобы перепихнуться.
Через некоторое время Мортон с девушкой, громко смеясь, побежали купаться. Теодор встал и дошел до телефонной будки.