– Бегите! – прокричал им чародей и несколько раз ударил посохом о землю. – Пади! – приказал он. – Пади!

И словно в ответ булыжная мостовая вздыбилась под его ногами, а Башня качнулась и застонала.

За спиной мага раздались крики, но он не обратил на них внимания. Зеваки растеряли остатки мужества и кинулись врассыпную. Чародей слышал лишь, как стонет Башня, начавшая падать. Он взглянул наверх и увидел, что небо над нею словно треснуло – это окружавший Башню невидимый барьер раскололся, как яйцо. Осколки стекла из башенных окон брызнули в разные стороны и засыпали всю улицу.

На булыжной мостовой, где стоял маг, появилась тонкая, как паутина, трещина. Она быстро росла в длину, мгновенно достигнув Шойкановой Рощи через раскрытые ворота, а потом начала расширяться, Земля дрожала, а чародей наблюдал сквозь пелену слез, как рушится стена вокруг Рощи, как падают камни в растущий излом. Скоро в расщелину устремились и деревья. Трава потекла в земную трещину как вода, унося с собой цветы и ягодные кустарники, за которыми маг еще недавно так тщательно ухаживал.

Хлопки и шипение, доносившиеся сквозь какофонию звуков, свидетельствовали, что незримые стражи, охранявшие Башню, одновременно вырвались на свободу и тут же погибли, сметенные землетрясением.

Маг обхватил себя руками и закричал. Этот звук отозвался эхом на Башне, когда она подломилась и рухнула. Сначала внутрь упали кроваво-красные минареты, а затем их поглотили черные мраморные руины, тотчас начавшиеся плавиться.

За спиной чародея разбилось стекло, послышался детский плач. Затрепетал тентовый навес, затем оторвавшись от фасада здания, он пролетел над магом и исчез в черной расплавленной массе.

Маг попытался подняться с колен, но землетрясением его швырнуло на спину. Взглянув в закрытое тучами пыли небо, он увидел едва заметную тень.

Крупная птица? Нет. Дракон.

Маг перевернулся на живот и, всаживая тонкие пальцы в щели между камнями, пополз вперед, прочь от воронки, образовавшейся на месте Башни.