Тут уж Кейл содрал корку с век и, открыв глаза, уставился в чернильное небо, совершенно лишенное звезд. То тут, то там виднелись хлопья низких серых облаков, освещенные неземным красноватым светом. Источника у этого свечения просто не было.

— Это Уровень Тени, — вымолвил он.

Воцарившуюся тишину разорвал возглас Джака:

— Кейл! Ты очнулся!

Хафлинг с плеском заторопился по воде к месту, где лежал убийца. Опустившись на колени, он помог Кейлу сесть. Ощущения в теле были такие, словно каждую мышцу долго и старательно обрабатывали ударами боевого молота.

— Башмаки Обманщика! — выдохнул Джак. — Да ты холоднее, чем ледяное сердце Бешабы. — Чуть обернувшись, он через плечо прокричал Ривену: — Зент, принеси ему еще одно одеяло!

Когда Кейл улыбнулся хафлингу, тот отпрянул так поспешно, что даже упал на спину. Рукой он закрывал рот.

— К-кейл…

Ривен подошел ближе, забыв об одеяле. Взгляд его единственного глаза не отрывался от лица убийцы.

— Всемогущая тьма!.. — выдохнул он.

Магадон, стоя по щиколотку в воде и держа в руках серый цветок, с некоторым любопытством взглянул на Кейла.

— Эревис, ты себя хорошо чувствуешь? — спросил он.

— Да, — ответил убийца, не смотря на то что под изумленными взглядами спутников ему было не по себе.

Хотя, конечно, он знал, что трансформация его изменила, и представлял, как сейчас выглядел в глазах друзей. Он поднял руку и посмотрел на запястье. То самое, что откусила женщина-слаад и которое сейчас должно было заканчиваться не кистью, а искалеченным обрубком. Трансформация каким-то образом восстановила изувеченную конечность. Эревис пошевелил пальцами, но ничего странного не почувствовал, ощущения были привычными. Вот только его когда-то белая кожа теперь стала пепельно-серой, а на восстановленной руке — еще более темной. Время от времени потоки теней стекали с пальцев, струились из пор. Убийца был словно обернут в саван из тени. Легонько касаясь темноты пальцами здоровой руки, он почувствовал небольшое сопротивление.